с 10.00 до 18.00 по Москве Суббота/Воскресенье - выходной
Приём заказов на сайте - круглосуточно
Доставка по всей России СДЭК, либо до терминала другой транспортной компании по согласованию
Оплата возможна любым удобным способом - банковской картой или СБП. Для юридических лиц и индивидуальных предпринимателей возможна оплата по счёту
Часики бордо — последние минуты старого года на ёлке
Эти часики — не простые, а бордовые, с римскими цифрами. Стрелки застыли на без пяти минут двенадцать — том самом мгновении, когда старый год прощается, а новый вот-вот наступит. Глядя на них, забываешь, что они стеклянные. Кажется, сейчас стрелки дёрнутся, и часы пробьют полночь, возвещая начало чуда.
Игрушка выдута вручную из прозрачного стекла, а затем расписана с той бережной тщательностью, какая бывает только у мастеров. Корпус — бордовый, с золотистыми узорами и россыпью блёсток. Циферблат — с римскими цифрами и тонкими стрелками, застывшими на без пяти двенадцать.
Размер у игрушки самый камерный: 5 × 4,5 × 2,5 см. Она не перетягивает внимание на себя, но и не теряется — занимает своё уютное место и сразу становится той самой деталью, которую замечаешь не сразу, но потом уже не можешь оторвать взгляд.
Формовая игрушка из стекла Irena‑Co — это не серийный штамп, а вещь с душой. Ручная работа делает каждые часики единственными в своём роде. Такие игрушки хранят годами и передают из поколения в поколение.
Кому понравится
тем, кто любит старину, бордовый цвет и предвкушение новогоднего чуда;
детям, которые верят, что часы умеют останавливаться в самый важный момент;
коллекционерам, собирающим серию «Часы» Irena‑Co;
всем, кто хочет добавить на ёлку нотку времени, ожидания и самого новогоднего настроения.
Часики бордо из коллекции Irena‑Co — это не просто игрушка. Они напоминают: даже в новогоднюю ночь время не стоит на месте, но самые красивые мгновения можно сохранить в стекле. Повесьте их повыше — пусть отсчитывают последние секунды над вашей ёлкой. И каждый раз, глядя на них, вы будете чуть-чуть улыбаться и чувствовать: вот они, те самые без пяти минут двенадцать — стеклянные, искристые и очень-очень трепетные.